Чувство вины против молодой матери

w688

Мне кажется, если говорить о молодых матерях, то есть две истории, которые идут рука об руку. Первая – это повышенная тревожность, а вторая – преследующее чувство вины. Я когда-нибудь спрошу Лену, о том, как это связано между собой, потому что, ни секунды не сомневаюсь, что есть какая-то уверенная связь, но сегодня будет просто о чувстве вины и материнских страданиях, а также и о том, почему мне все это не нравится.

 

Собственно, чувствовать себя виноватым не нравится никому. Тем более страдать от этого. Особенно в ситуации, когда ты ни в чем не виноват. Но вот так повелось, что «плохая мать» — это, как правило, виноватая мать. Причем сейчас речь пойдет не о советчиках, спрашивающих, научился ли уже твой ребенок складывать пирамидку (а он, конечно, так и не научился/научился слишком поздно/игнорирует пирамидку/добавьте свое), а о стремлении к книжной правильности и местами манипуляций поводами и оборотами, жертвами которых становятся эти самые молодые матери.

 

На самом деле задумалась я об этом, когда прочитала текст в Facebook о том, что мы все слишком много пялимся в мобильные телефоны. В ущерб детям. Конечно, я тоже пялюсь в телефон. Как и вы. Тех, кто не пялится, их вообще единицы. Это, как правило, те люди, которые предпочитают формат Nokia 3310, где втыкать можно было только в змейку, но за прошедшие десятилетия она приелась, согласитесь. Так вот, с одной стороны, текст был вполне справедливым, а с другой он был так оформлен стилистически, что любая молодая мамаша в середине просто начинала вскрываться от чувства вины. «Ребенок успокаивается. Обвисает на маме всем свои дутым костюмом и, видимо, засыпает. О нелегкая битва за мамино внимание, о тяжесть бытия и мгла одиночества», — я все пыталась считать иронию, глотая слезы и думая о тяжести бытия и мгле одиночества. Ирония так и не считалась, зато считались десятки девочек, которые написали: «Да, это обо мне». Камень в огород засчитан.

 

Подобных текстов появляются десятки. Потому что стало очень много психологов, а интерес к детской психологии – почти зашкаливающий. Мы стремимся выверять наши действия их «психологической правильностью», потому что другие психологи уже заложили нам в голову мысль, что все наши проблемы идут из детства, в первую очередь, от родителей. И вот мы совершаем олимпийский рывок. Мы будем родителями, которые будут бичевать и образовывать себя, чтобы подарить ребенку «детство без травмы».

 

Вот, например, пресловутые детские сады. Казалось бы, все просто. Не считаешь нужным водить ребенка в сад – не води. Считаешь – води. Но нет, вот первое сентября на носу, матери трехлеток паникуют, как же он, как же он пойдет в сад, такой маленький, мой хороший, мой замечательный. Пока ты утираешь слезы расставания, тебе заботливый перепост предложит текст о том, что сад – это страшнейшее из зол, куда можно отдавать ребенка только в случае крайней нужды (а это, конечно, не твой случай). Ты, конечно, не поверишь, но будет очередная пробоина, ты еще вспомнишь этот текст, пытаясь отлепить малыша от собственной ноги. И уходя под крик: «Мама, ты куда!» Я недавно видела, как мама ревела на улице после тяжелого вот такого прощания в детсаду. Ей, конечно, очень нужен еще один текст о том, что детсад – это злейшее из зол. Хорошо, если хватает сил не читать, но мы же приучены читать, нам интересно чужое мнение, особенно гуманное мнение, потому что мы за гуманизм и идеальных матерей.

 

Привязанность. О привязанности сейчас написано столько всего, что ты начинаешь контейнировать по любому поводу. Даже не понимая всех нюансов привязанностей. Надо или не надо, быть плохим полицейским ты не имеешь права, потому что все. Травма. Как там было, тяжесть бытия. И очередной комплекс вины – не додала, мало обнимала, мало целовала, мало перед сном гладила и пела.

 

Как говорить с ребенком. Пытаешься быть лучше, но в каждом примере «как не надо говорить», узнаешь себя. В некоторых из примеров «как надо» тоже есть ты, но мы же не записываем плюсы, мы все о минусах. Потому что мы тревожны, мы хотим постоянно быть лучше, чувство вины считается облагораживающим, почему только никто не написал о том, сколько тебя самой оно съест. Не сформировала правильную привязанность, не научилась правильно говорить, сдала ребенка в детсад, а в свободные минуты, которые вы проводите вместе, пялилась в телефон.

 

Удивительно, мы много говорим про дальних, но часто близкие дадут вам прикурить. Близкие иногда просто созданы для культивации чувства вины. Например, что ребенок часто болеет. Кто виноват? Мать. Кто как не мать. Плохо одевала, плохо кормила, разрешала лежать в лужах, давала витамины, не давала витамины, открывала окно на ночь, не открывала окно на ночь. Близкие думают, что они советуют, но, черт возьми, когда я знаю, что я виновата, я точно это знаю сама. Когда, например, мой ребенок сиганул спиной с верхней площадки на горке. Да, я отвлеклась (не на телефон). Да, я пустила его на опасную горку и не успела поймать (один раз он там уже падал, но в тот раз я смогла сделать отчаянный кенгуриный прыжок). Да, я вообще лох педальный местами (ну что тут сделаешь). Кстати, меня никто не обвинял в недосмотре, это просто как пример. Когда ты виноват, ты точно это знаешь.

 

У всех у нас свои минусы. Кто-то многовато смотрит в телефон. Кто-то сдает ребенка в два года няне, а потом сразу в детсад, потому что выходит на работу (не по крайней нужде, а из чистого карьерного эгоизма, здесь, конечно же, ирония, помечу, вдруг не считается), кто-то часто орет (как говорит мне мой муж, здесь чуть-чуть выяснение отношений, твой стиль общения даже не все взрослые выдерживают), кто-то еще что-то, можно в бесконечность, но если мы не будем брать крайности, а я, как обычно, стараюсь верить в золотую материнскую середину, то все знакомые мне барышни – это «достаточно хорошие матери», я как-то для себя бесконечно растягиваю Винникотта, хотя, возможно, это и не совсем правильно. Но закрою этот текст все равно им: «Почти каждый совет, данный по радио, причиняет кому-то страдание».

 

Да, тогда было радио, сейчас функцию радио исправно выполняет Интернет, а функции советчика берут на себя не только психологи, но и не совсем психологи, а также совсем не психологи.

 

И чуть-чуть продолжим: «Обучение родителей, вне всякого сомнения, может проводиться в тщательно контролируемой обстановке; но ситуация радиовещания в эту категорию не попадает. Если же использовать радио, обучение должно ограничиваться весьма узким кругом вопросов, то есть ориентироваться на обсуждение нормальных вещей, которые происходят с нормальными людьми».

Comments

comments

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>